inner

Как страшно жизни сей оковы Нам в одиночестве влачить.

Делить веселье — все готовы: Никто не хочет грусть делить.

Один я здесь, как царь воздушный, Страданья в сердце стеснены, И вижу, как судьбе послушно, Года уходят, будто сны;

И вновь приходят, с позлащенной, Но той же старою мечтой,

И вижу гроб уединенный, Он ждет; что ж медлить над землёй?

Никто о том не покрушится, И будут (я уверен в том) О смерти больше веселится, Чем о рождении моём…